Можно говорить о том, что деятели русской культуры, даже кратковременно находясь за границей, чувствовали себя в какой-то мере эмигрантами; а становясь – хотя бы на короткое время эмигрантами, они тем самым освобождались от тяготивших их на родине условностей, политической и духовной цензуры, политической и моральной слежки, от экономической зависимости, от атмосферы официальности или идеологической скованности.
Эмигрантами по преимуществу были в своем огромном большинстве русские революционеры. Русская эмиграция рождала не только ностальгическую «странную» любовь к оставленной отчизне, но и мечтательные проекты, и утопические модели относительно желательных в ней изменений. Не случайно, например, ранние русские славянофилы, страстные патриоты России и русской культуры, родоначальники «Русской идеи», были людьми, получившими образование в германских университетах и подолгу жившими за границей (т.е. являлись в своем роде эмигрантами); потому они знали Запад гораздо лучше, нежели свою родину, и недолюбливали его за это, а Россию как свой высокий идеал выдумывали, художественно воображали, творили как произведение искусства особого рода, как высшую форму духовного творчества.
Пребывание на Западе, даже очень кратковременное, чрезвычайно изменяло видение России, достоинства и недостатки которой представлялись на расстоянии крайне преувеличенными и идеализированными, а революционный переворот – крайне легким и простым. Речь идет не о заимствовании каких-то черт или идей из западной культуры и затем – буквальном перенесении их на русскую почву, как это подчас представляется. Гораздо точнее говорить об эффекте сложного медиативного взаимодействия (своего рода сканирования) западной и русской культур в феноменах русской эмиграции и культуры русского зарубежья. Это русская культура в контексте западной культуры глазами русского человека, или ностальгическое видение русской культуры и России из дальнего, во многом неприемлемого и ненавистного Запада. Впрочем, так было не только у русских эмигрантов-революционеров, но и у белоэмигрантов-контрреволюционеров – монархистов и либералов, эсеров и меньшевиков, надевшихся на скорое падение большевисткого режима и саморазложение русской революции, на легкую и саморазумеющуюся реставрацию старой России.
Но у русской эмиграции была не только трагедия – отчуждения от родины и отрыва от реальности, ностальгии и одиночества. Во многих случаях инокультурный контекст, высвечивавший своеобразие русской культуры, выявлявший инновативное содежание тех или иных ее феноменов, позволял европейской и мировой культуре заново открыть для себя русскую культуру, придать ее достижениям значение и смысл, выходящие далеко за пределы национальной истории. Более того, некоторые открытия русской культуры в контексте отечественной культурной традиции не получили адекватной оценки, выпадая из системы ценностей и норм, общепринятых в данную эпоху.
Другая информация:
Как начиналась фотография
Желание сохранить красоту быстротечной жизни создало удивительный вид искусства – фотографию. История фотографии - это захватывающая история зарождения и воплощения в жизнь мечты о фиксации и длительном сохранении изображений окружающих н ...
Социальная регуляция поведения в Японии
Особенности японского образа жизни во многом открываются через понимание регуляции поведения, сложившейся в японской культуре. Религиозная традиция нам ключ к пониманию многих сторон действительности.
В системе религиозных доктрин в Япон ...
Проект сада
Сад начинается с проекта. При его создании должны учитываться место расположения участка, его размеры и форма, назначение, а также стиль композиции. Рассмотрим один из вариантов последовательно.
На эскиз наносят территорию участка, предн ...
Меню сайта